«Тайна синьора Буфа. Блеф»

Наталия Рыбинская. (Журнал «Караван», №2(44) февраль 2002 г.)

...Четверо вооруженных до зубов охранников, несколько лохматых девиц и парней с блокнотами в руках, фоторепортеры, толстый оператор с видеокамерой на плече, окруженные сворой огромных овчарок, дружно шагали по ее любимому английскому газону, бесцеремонно игнорируя песчаные дорожки. Возглавлял процессию сам Челентано в белом костюме, черной шляпе и охотничьих сапогах до колен...

Клаудия поспешно задернула занавески: черт с ним, с этим газоном, главное - не привлечь к себе внимания... Пока все шло так, как она и предполагала. Адриано не смог отказать себе в удовольствии и пустил пыль в глаза столичным журналистам по полной программе. Они уже видели вертолетную площадку, теннисные корты, конюшню и футбольное поле. Впереди - бассейн и звукозаписывающая студия. А минут через десять компания появится в столовой, где самые лучшие миланские повара уже приготовили изысканное угощение: суп из черепахи с шафраном, омлет с трюфелями и восхитительный ежевичный крем.

Ну, вроде пора... Клаудия неслышно пробралась в темный коридор и спряталась за тяжелыми бархатными портьерами. Мимо пронеслась взволнованная горничная с соусником в руке, потом послышался голос Адриано: «Да, ны еще не видели нашу главную достопримечательность - фонтан, изображающий мою дорогую супругу! Но на него можно взглянуть и после обеда...» Клаудия едва сдержала недовольный возглас: да будь она трижды проклята, если признает себя в этой каменной уродине!.. Голодные журналисты, измученные пешей прогулкой но безграничным владениям синьора Челентано, явно оживились и заторопились к столу. Только один из них, долговязый очкарик в потертых джинсах, безнадежно отставал. Парень ошеломленно озирался по сторонам, сраженный невиданным богатством сказочного дома и бесстыжими мраморными Венерами в человеческий рост. Момент был самым подходящим, и Клаудия, словно злобная фурия, мгновенно бросилась к нему, цепко схватила за рубашку и с неожиданной силой втолкнула тщедушного журналиста в соседнюю комнату. Щелкнул днерной замок, и бедной жертве были отрезаны все пути для отступления. Роскошная немолодая брюнетка в розовом пеньюаре ослепительно улыбнулась ему, поигрывая дверным ключиком.

Клаудия бросилась к тщедушному журналисту, цепко схватила его за рубашку и с неожиданной силой втолкнула в соседнюю комнату

- Приятно познакомиться, мой милый, - ласково сказала она. - Я - супруга этого мерзавца...

- Простите, кого? - переспросил юноша.

- Того, кто устроил весь этот спектакль, синьора Буфа, или как вы его там называете...

- А-а-а, - догадался журналист, в смущении поправляя одежду. - Счастлив с вами познакомиться. Джордже Бокко к вашим услугам, синьора Челентано...

- Что? - Дама аж подпрыгнула, словно случайно на на ежа. - Да пусть я сгорю в аду если соглашусь наз этим проклятым именем! Меня зовут Клаудия Мори, и советую тебе это запомнить!

По всей видимости, хозяйка была явно не в себе, поэтому Джорджо не нашел ничего лучшего, как согласиться, и послушно закивал головой. Клаудия залпом опрокинула стакан с виски и, немного успокоившись, продолжала:

- Он любит говорить, что всего в своей жизни добился сам с помощью Бога, но я скажу тебе, что имя его бога - Клаудия Мори! Мы женаты уже почти сорок лет, но этот идиот ни разу не задумался над тем, кому он обязан своим успехом... - В этом месте Клаудия всхлипнула, шумно высморкалась и как бы ненароком обнажила правое плечико.

«Челентано любит говорить, что всего в своей жизни добился сам с помощью Бога, но я скажу тебе, что имя его бога - Клаудия Мори!»

«Ага, пожалуй, она не такая уж сумасшедшая, как мне показалось сначала», - подумал Джордже и незаметно включил диктофон...

...Все началось в январе 1963 года, когда Клаудия попала на съемочную площадку фильма «Странный тип». Если бы кто-нибудь знал, чего ей это стоило! В ход пошли все средства: подкуп, мелкий шантаж и личное обаяние. Последним, кстати, восемнадцатилетнюю красавицу природа наградила щедро. В списке поклонников Клаудии Мори числилось почти все мужское население рабочего квартала Милана, в котором она родилась и выросла: директор ночного варьете, где барышня танцевала полгода; почтенный городской судья, которому она хотела подать жалобу на собственного отца за постоянное пребывание в дурном настроении и нетрезвом виде; один симпатичный футболист - с ним она крутила роман вот уже несколько месяцев... Но назойливые ухажеры в то время мало интересовали молоденькую дебютантку - Клаудия мечтала стать знаменитой актрисой и делала для этого все возможное и невозможное. Так, она пробовалась на все женские роли кинофильма «Странный тип», в буквальном смысле преследовала режиссера Фульчи и едва не стала причиной его разрыва с супругой. В концe концов режиссер не выдержал - роли он ей, правда, так и не дал, но зато взял настырную девчонку к себе в ассистентки. Хотя у него и без этой сумасшедшей проблем выше крыши... Взять хотя бы исполнителя главной роли. Ну где, скажите, найти молодого обаятельного парня, который умел бы петь и танцевать, справляясь при этом с двумя ролями одновременно: популярного артиста и мошенника, который хочет занять его место?! Выручил старинный приятель Пьеро Визарелли. Он только что закончил съемки фильма «Ребята из музыкального автомата», роли в котором исполняли молодые непрофессиональные актеры. «Послушай, - сказал Визарелли, - есть один парень, снимался у меня в небольшой роли. Он сносно играет на гитаре, да и поет вполне прилично, хотя, между нами, с музыкальным слухом у него не все гладко...» «Как его зовут?» - поинтересовался Фульчи. - «Адриано Челентано. Думаю, тебе стоит на него посмотреть».

На первую встречу с режиссером кандидат на роль заявился в несвежей рубашке, широко распахнутой на груди, маленькой черной шапочке, надвинутой на самые глаза, и с гитарой под мышкой. Пока Фульчи изумленно рассматривал нахального юнца, из коридора доносились громкие вопли и веселый смех. «Вы пришли не один?» - спросил Фульчи. «Конечно, - развяз­но ответил Челентано, - меня ждет моя банда, ну, это... ребята, с которыми мы типа вместе поем...» На просьбу режиссера рассказать что-нибудь о себе Челентано какое-то время вообще не реагировал. Потом, стянув шапочку, громко сказал: «Я - болельщик Бога...» «Что?» - не понял Фульчи. - «Я тот, который пришел на эту землю защищать его интересы...» Потрясенный Фульчи несколько минут молчал: да, такого странного типа он еще никогда не встречал... Хотя стоп, а разве не «странного типа» он ищет вот уже несколько месяцев?

...В первый же рабочий день Клаудия опоздала на сорок минут. Как назло, задержался автобус, а денег на такси, конечно, не хватило... В центре съемочного павильона на стуле неподвижно сидел молодой человек с огромными мрачными глазами. Всем своим безучастным видом он давал понять, что на происходящее ему, собственно говоря, наплевать. Мимо него сновали люди, передвигали столы и стулья, устанавливали свет и протирали лампы, а он продолжал сохранять полнейшую невозмутимость. «Я его обожаю», - страстно прошептала на ухо Клаудии какая-то девица. «А кто это?» - спросила Клаудия. - «Это же Челентано, он играет рок-н-ролл, и он такой сексуальный. Разве ты не слышала его песню «Я скажу тебе «чао»?..» Девица растворилась в толпе, а Клаудия, недоуменно пожав плечами, пошла разыскивать режиссера. Она искренне не могла понять, почему главные роли в кино достаются таким несимпатичным типам, а хорошенькие девушки вроде нее должны прозябать в безвестности... Нет, она ни за что не подойдет к этому парню, похожему на обезьянку. И кто-то еще находит его сексуальным?!

Ровно через час незадачливая ассистентка случайно наступила на электрический шнур, произошло короткое замыкание, стеклянный плафон осветительного прибора взорвался, и осколки оцарапали главному герою лоб и правую щеку. Перепуганная Клаудия бросилась извиняться, стирать ему кровь своим носовым платком - одним словом, знакомство состоялось при весьма драматических обстоятельствах. Что, впрочем, не помешало молодым людям быстро найти общий язык и обсудить всех присутствующих, потом выпить кофе и даже поцеловаться несколько раз в темной костюмерной... Через несколько дней Клаудия получила приглашение на концерт Челентано и его команды, скромно названной «Клан Челентано».

Клаудия пожала плечами: нет, она ни за что не подойдет к этому парню, похожему на обезьянку. И кто-то еще находит его сексуальным?!

В прокуренном ночном клубе было тесно от подвыпившей молодежи, поэтому Клаудия сначала пожалела, что согласилась прийти. Но когда, спев последнюю трогательную песню про любовь и разбитое сердце, под радостные крики и вопли собравшихся Челентано спрыгнул со сцены и подошел к ней, Клаудия уже сияла от счастья: еще никто в жизни не объяснялся ей в любви таким оригинальным способом... Они уходили из клуба вдвоем, обнявшись, и все молоденькие девушки смотрели им вслед с плохо скрываемой завистью. Клаудия понимала: каждая из них готова отдать все что угодно, только бы оказаться на ее месте. Да, быть подругой знаменитого человека очень приятно, подумала она и покрепче прижалась к Адриано...

...Первое публичное выступление Адриано Челентано, сына Джудитты и Леотино Челентано, состоялось в часовой мастерской его родного дяди. На этом историческом концерте присутствовали: сам дядя в фартуке и стареньком пенсне на носу, его старший помощник Массимо, слегка навеселе, а потому всем очень довольный, и сосед синьор Мазетти, чьи часы. собственно говоря, и разбирали в данный момент умелые дядины руки. Адриано исполнил несколько модных песенок и спародировал выступление известного в то время артиста Луи Прима, на которого, кстати, был поразительно похож. Публика в предвкушении скорого конца рабочего дня и предстоящих выходных осталась страшно довольна и от души аплодировала. Синьор Мазетти порекомендовал шустрого мальчонку своим друзьям, устроителям местного праздника урожая, а те - друзьям друзей, играющим в самодеятельном молодежном театре.

В общем, через пять лет заметно подросший парнишка появился на сцене миланского дворца спорта «Кьяччо» - на первом итальянском конкурсе рок-н-ролла. Участники этого конкурса с одинаково начесанными коками перепели чуть ли не весь репертуар Элвиса Пресли, и лишь Челентано испуганно и немного фальшиво исполнил песню собственного сочинения. Он был странно одет и от волнения слегка дергался, но юным девицам это почему-то понравилось. Какой-то журналист сразу же придумал ему прозвище - Молледжато, что означает «весь на пружинах». Под этим смешным именем его и запомнили зрители на фестивале популярной музыки в Анконе. После громкой победы Адриано на знаменитом конкурсе «Канцониссимо», который транслировался по всем радиоканалам, в Милане на его родной улице Глюк творилось что-то невообразимое. Все с нетерпением ждали возвращения местного героя.

«Это я, Адриано, твоя тетя София! - кричала дородная женщина в платке. - Ты теперь такой большой человек, не забудь про моего Серджо...»

Двадцать лет назад родители Челентано бежали из нищей и голодной Апулии в Милан. Их примеру последовали многочисленные родственники с обеих сторон, и за эти годы семья Челентано разрослась до огромных размеров. Они сообща растили детей, ругались, дрались, плакали, а после обнимались и пели народные песни. Поэтому успех одного из членов этой большой семьи все остальные воспринимали как свой собственный. Стоило Адриано с гитарой и чемоданом выбраться из такси, как его плотным кольцом окружила радостная толпа. «Это я, Адриано, твоя тетя София! - кричала дородная женщина в платке. - Ты теперь такой большой человек, не забудь про моего Серджо...» «И про мою Анну, - вторила ей другая синьора. - Ты ведь помнишь Анну? Она такая хорошая девочка, умеет танцевать и печатать на машинке...» Адриано обнимали, целовали, тормошили... Он улыбался, раскланивался и каждому что-то обещал. С этого дня его повсюду сопровождала пестрая толпа обожателей, почитателей, родственникои, друзей и просто случайных прохожих... Ему так часто говорили о том, что он самый лучший, самый красивый, самый талантливый и неповторимый, что он в концe концов искренне в это поверил. После успеха на музыкальных конкурсах Челентано заинтересовались студии грамзаписи, он подписал свои первые и, конечно, весьма невыгодные контракты, побывал на первых в своей жизни гастролях во Франции и Испании. От эйфории у него кружилась голова, в карманах теперь водились кое-какие деньги, и к тому же в каждом новом городе всегда находилась симпатичная сговорчивая девчонка, по уши влюбленная в молодого артиста...

«Один журналист что-то перепутал и написал, что Челентано умер в больнице - вот все и сбежались посмотреть на ваши похороны...»

Веселая жизнь Адриано продолжалась до тех пор, пока в начале 60-х он не загремел в больницу с диагнозом «нервное истощение». Каждое утро он выглядывал в окно: у больничных ворот толпились друзья и поклонницы, но с каждым днем их количество неуклонно сокращалось. Наконец настал день, когда справиться о здоровье синьора Челентано не пришел ни один человек. Зато через несколько недель старенький доктор, осматривая Адриано перед выпиской, пожаловался: «Если бы вы знали, что у нас тут сегодня творится! - Такого столпотворения, такого количества телефонных звонков здесь никогда не было...» «А что случилось?» - спросил пациент. «Так вы ни о чем не знаете? Один журналист что-то перепутал и случайно написал, что вы умерли в больнице, - вот все и сбежались посмотреть на похороны...» Челентано бросился к окну: действительно, толпа поклонников и репортеров с фотоаппаратами заполонила весь больничный двор, улицу и часть прилегающего сквера. Именно в этот момент его осенила гениальная мысль: самое главное в этой жизни не то, насколько хорошо ты поешь или играешь, а то, как умеешь рекламировать самого себя...

За сорок лет своей музыкальной карьеры Челентано продал семьдесят миллионов пластинок, но более всего он все-таки преуспел в организации и проведении грандиозной рекламной кампании под названием «Челентано и его семья». Адриано быстро смекнул, что в стране с вековыми католическими устоями его вольготная холостяцкая жизнь с бесконечной чередой подвыпивших подружек рано или поздно станет препятствием на пути к всенародному признанию. А отказать себе в удовольствии быть любимым и обожаемым сын бедных апулийских крестьян уже не мог... Выход был быстро найден: необходимо срочно жениться. Клаудия Мори идеально подходила на роль верной спутницы жизни, и потом - она была чертовски соблазнительна... Клаудия в свою очередь не менее страстно мечтала стать богатой и знаменитой, а Челентано производил впечатление человека, который сумеет расчистить дорогу к славе для них обоих.

У лестницы Адриано ждала огромная толпа поклонниц, готовых разорвать его на части. Одна даже умудрилась спрятаться в его спальне...

Сразу же после свадьбы молодые с энтузиазмом принялись за дело. Во-первых, надлежало срочно разобраться с «Кланом Челентано». Несколько лет назад под давлением многочисленной родни и желая продемонстрировать всему музыкальному миру свою независимость, Челентано организовал частную звукозаписывающую компанию, которую назвал так же, как и свою группу: «Клан Челентано». Сотрудниками компании стали его друзья и постоянные собутыльники, а также близкие и дальние родственники. Руководство «Кланом» поручили старшему брату Алессандро. Но поскольку никто из близких не имел ни малейшего представления о том, как вести дела и составлять финансовые отчеты, компания разваливалась на глазах. Первая же пластинка, которую они записали сообща, была распродана миллионным тиражом, но деньги куда-то уплыли... Очень скоро Клаудия, призвав на помощь женскую логику и природное красноречие, прямо-таки на пальцах доказала упрямому мужу, что Алессандро несколько злоупотребляет его доверчивостью: «Посмотри, какую шикарную машину этот прохвост подарил своей толстозадой любовнице! Неужели ты и дальше позволишь ему обходиться с тобой как с безмозглым ослом?» Брату был сделан строгий выговор, машину Челентано забрал себе, половину «Клана» разогнал и пригласил на работу опытного юриста и бухгалтера.

Клаудия же занялась созданием сценического образа мужа. Интуиция и здесь подсказала ей верный ход: Адриано должен одеваться еще более ярко, крикливо, даже безвкусно. Одним словом, чем вульгарнее, тем лучше. Клаудия обошла барахолки Рима и Милана и нашла все что нужно. Отныне ее муж стал появляться на публике в сине-зеленой рубашке, всегда распахнутой на груди, в сапогах на высоких каблуках, а один глаз, чаще левый, был обведен густым слоем фиолетово-пунцоных теней. И своей оглушительной победой на самом знаменитом итальянском конкурсе в Сан-Ремо Челентано был обязан Клаудии: она смотрела на мужа такими преданными глазами, так крепко держала его за руку и даже подпевала ему на сцене, не скрывая счастливых слез... После торжественного награждения у лестницы театра «Аристон» в Сан-Ремо победителя ждала огромная толпа безумных поклонниц, готовых разорвать Адриано на части. Одна даже умудрилась проникнуть в их гостиничный номер и спрятаться в спальне...

Он стал идолом, кумиром итальянской молодежи. О такой безграничной, сумасшедшей славе «человек на пружинах» пять лет назад не смел и мечтать, и чтобы ее сохранить и по возможности приумножить, Адриано готов был продать душу дьяволу.

...Выпуск дневных телевизионных новостей первого национального канала диктор закончил странным сообщением: в центре Рима на время приостановлено дорожное движение, виной чему - известный артист и музыкант Адриано Челентано. Несколько часов назад он в белом костюме и черной шляпе танцевал вальс на одной из главных улиц города. Естественно, все водители, не говоря уже о школьниках, возвращающихся обычно в эту пору домой из колледжей и лицеев, и прочих пешеходах, останавливались, чтобы поглазеть на это потрясающее зрелище... Образовалась огромная пробка, расчистить которую оказалось не под силу даже специальному отряду конной полиции. Челентано доставлен в полицейский участок, но под давлением общественности отпущен на свободу. Ведь, в сущности, ничего дурного он не сделал, просто танцевал... Через несколько дней на пресс-конференции, посвященной этому знаменательному происшествию. Челентано признается, что всего лишь репетировал сцену из своего нового фильма... Фильм вышел в прокат, и вся Италия выстроилась в очередь за билетами: каждому не терпелось посмотреть, как же там танцует этот Челентано...

Но самая скандальная выходка Адриано Челентано - фотосессия на железнодорожных рельсах. Облаченный в коротенькие шортики с бахромой, он, подложив под голову маленький коврик удобно расположился на железнодорожных путях недалеко от своего поместья Брианца. Сбежались журналисты всех ведущих итальянских изданий, приехали две съемочные группы и французские репортеры... Клаудия, заранее посвященная во все происходящее, примчалась последней. «Что случилось, синьора? - бросились к ней репортеры. - Из-за чего вы поругались?» Но Клаудия лишь отчаянно заламывала руки, ругала мужа последними словами и требовала, чтобы тот немедленно поднялся с земли. Челентано едва успел вскочить с рельсов перед надвигающимся составом... Супруги обнялись перед фотокамерами, потом сели в такси и укатили в Брианцу. По дороге домой Челентано дрожащим голосом рассказывал, как жутко боялся оказаться раздавленным поездом, а Клаудия нежно успокаивала мужа: «Чего не сделаешь ради всей этой шумихи, дорогой...»

Она даже не заметила, как ее брак постепенно превратился в надежное, приносящее стабильную прибыль предприятие. Они отлично разыгрывали свои роли на публике: Клаудия - образцовую мать и хозяйку, преданную жену и верного друга, Адриано - надежного мужа, открытого, простого, но смекалистого парня, за грубыми манерами которого прячется нежное сердце... Даже их собственные дети стали невольными участниками этого феерического шоу. Когда Клаудия рожала в лучшей частной клинике Рима своего первого ребенка, Адриано, гастролировавший в это время во Франции, висел на телефоне пять часов. По возвращении он забросал цветами жену и весь медицинский персонал больницы, сфотографировал крошечное личико своей новорожденной дочки, а на обороте карточки написал размашистым неуклюжим почерком «Мой сладкий ангел Розита». Фотографию и подпись на ней увидели все, в том числе и многотысячная аудитория развлекательного телевизионного шоу, на которое он так кстати «случайно получил приглашение...»

Вслед за Розитой на свет появились мальчик Джакомо и еще одна девочка - Розминда. Детей Челентано обожал, боготворил и исполнял любые их прихоти. Так, вилла Брианца по желанию капризных крошек была превращена в зоопарк, где вместе с огромной армией охраны и прислуги жили кролики, курицы, кошки, собаки, попугаи, лошади и прочая живность... На детские дни рождения Адриано собственноручно пек бисквитные торты, а после рассылал свои фотографии, на которых был запечатлен в поварском колпаке и фартуке, в редакции семейных и женских журналов. Уже в шестнадцать Розита была помолвлена с одним из самых богатых женихов Италии, наследником цирковой династии Орфеи, потом вероломно бросила скучного юнца, потому что вдруг решила, что в ней пропадают скрытые таланты. Она выступала на телевидении, пела, плясала, снималась в легкомысленных журналах и повсюду проявляла своенравный характер, унаследованный от папочки. Розалинда не отставала от сестры и требовала сделать ее кинозвездой. Адриано с большим трудом пристроил младшую дочку в несколько телепроектов. Фильм с ее участием даже открывал Венецианский кинофестиваль, но Клаудия предпочитала не вспоминать, скольких трудов и нервов им это стоило... Один Джакомо радовал свою мать - рос спокойным и послушным ребенком, мечтал стать архитектором, чтобы строить для людей дома.

«Из-за чего вы поругались?» - бросились к Клаудии репортеры. Но она лишь заламывала руки и ругала мужа последними словами

... - Постойте, синьора, - вдруг прервал страстный монолог Клаудии Джордже Бокко. - Совсем недавно газеты писали, что Челентано попал в больницу и ему вырезали гланды. Не хотите же вы сказать, что это тоже рекламная акция?

- Наивный! - рассмеялась Клаудия. - Это же случилось перед выходом его новой картины «Джако». А подкупить этого простака из еженедельника «Оджи» нам ничего не стоило! Сводили его в дорогой ресторан, напоили как следует... Святая Мадонна, какие гланды, что ты?! Слава Богу, у моего мужа железное здоровье мне бы такое...

Да, и это далеко не все, что она может рассказать о своем муже... Например, его любимый трюк - после каждой пресс-конференции спрашивать, нет ли у кого-нибудь из присутствующих сломанных часов. Журналисты обычно начинают недоуменно переглядываться, а Челентано, скромно улыбаясь, делает следующее признание: «Если честно, то больше всего на свете я люблю чинить часы. Это ремесло я освоил еще в детстве, так что обращайтесь, исправлю все неполадки в одну минуту...» Или пресловутая набожность «синьора Буфа». Адриано повсюду говорит, что учился в католическом лицее «Сан Феделе» и плакал, когда святые отцы рассказывали о страданиях Христа. Именно поэтому-де он никогда не снимает с груди золотого креста весьма внушительных размеров... На самом же деле юный Челентано так весело и без малейшего зазрения совести прогуливал уроки в этой самой школе, что даже писать толком не научился...

Клаудия уверена, что в ее муже умер гениальный проповедник. Он с таким пылом призывает своих поклонников подумать о душе, что заподозрить его самого в каких-либо грехах поистине невозможно. Одна Клаудия знает цену его «святости» и при случае не упускает возможности напомнить дорогому мужу о Федерике Моро, с которой он снимался в фильме «Особые приметы: очень красив». Юная актриса, победительница национального конкурса красоты, конечно же не устояла перед ухаживаниями знаменитого рок-н-ролльщика. «Дорогая, ты же знаешь, - оправдывался потом Челентано, - всему виной мои чувственные губы! Эти девицы виснут на мне как ненормальные...» Были и другие красотки, и другие интрижки, на которые Клаудия научилась закрывать глаза... В «Укрощении строптивого» его партнершей стала зеленоглазая Орнелла Мути, однако мужская неотразимость Челентано не произвела на нее никакого впечатления. Полное фиаско потерпел Адриано и с прекрасной француженкой Кароль Буке - они вместе снимались в комедии «Бинго-Бонго». Кароль оставалась холодной и недоступной, и Клаудия окончательно успокоилась. Когда она была молодой, то и сама снималась в фильмах своего мужа и его приятелей-режиссеров. Но Челентано то ли не был удачливым продюсером и опытным режиссером, то ли сценарии писал не самые лучшие, однако почти все его фильмы с треском проваливались. Подумать только, какую кучу денег они потеряли на его идиотских экспериментах! Взять хотя бы этот кошмарный фильм «Джоан Луи» о всемирной катастрофе и конце света... Чтобы устроить масштабную рекламную кампанию этому фильму, они полетели даже в Советский Союз, хотя Челентано всегда панически боялся самолетов! Правда, и это не помогло: убытки составили шестнадцать миллиардов лир! Но Адриано было наплевать на кредиторов - у него уже появилась новая идея...

Клаудии иногда казалось, что у мужа окончательно «сносит крышу». Свои концерты он обычно начинал словами: «Эй, вы, это я, ваш Челентано! Я один из вас, но я стал богатым и знаменитым! Я схватил успех в этой жизни!» На одно из таких выступлений в греческий театр «Таормины» случайно попал голливудский режиссер Роберт Олтмеп. Потрясенный сумасшедшей энергетикой итальянца и его невероятной популярностью у греков, он подошел после концерта, чтобы представиться. Челентано не захотел даже разговаривать с американцем в шортах и бейсболке... После, когда ему объяснили, кто это, он побежал вдогонку за режиссером. В то время Челентано просто бредил идеей покорения мира, а Америка оставалась пока «белым пятном» в его послужном списке. «Понимаешь, мне не хватает мирового рынка, - втолковывал он тогда Роберту. - Я хочу завоевывать новые страны...» Увы, задуманный совместно с Олтменом кинопроект провалился - Америка ответила нахальному итальянцу презрительным равнодушием...

Тогда Адриано Челентано стал всерьез подумывать о политической карьере в своей родной стране. В задушевном разговоре со своим другом режиссером Серджо Корбуччи он вдруг признался: «Знаешь, я уверен, что смогу организовать собственную политическую партию и стать президентом Италии...» Серджо с удивлением посмотрел на Челентано: не шутит ли? Нет, вроде бы говорит совершенно серьезно... «Но ты же не можешь отличить правых от левых...» - «Ну и что? - флегматично ответил Челентано. - Зато я знаю, что меня будут слушать с открытыми ртами...»

«Дорогая, - оправдывался потом Челентано, - всему виной мои чувственные губы! Эти девицы виснут на мне как ненормальные...»

...В тот субботний вечер Клаудия и Джакомо, как обычно расположились в гостиной у телевизора. Шел очередной выпуск телевизионного шоу «Фантастика», которое Адриано вел в прямом эфире. Но, святая Мадонна, что это?! Челентано выхватывает микрофон у приглашенного гостя и, проникновенно глядя в камеру, страстно произносит: «Каждый год два миллиарда охотников убивают два миллиарда птиц, а государство платит им за это деньги. Кто убийца - государство или охотнки? Животные - это такие же люди, как и мы...» «Мама, отец сошел с ума?» - тихо спрашивает Джакомо. «Не знаю», - шепчет потрясенная Клаудия... А в это время в телевизионной студии первого национального канала РАИ творится что-то невообразимое. Адвокат Марио Маффуччи набрасывается на Челентано: «Ненормальный, ты знаешь, что наделал? Завтра же референдум по проблемам ядерного оружия, и сегодня запрещена всякая агитация! Твои действия будут расценены как подстрекательство!» На следующий день четырнадцать миллионов итальянцев написали в своих бюллетенях: «Мы против убийсти, мы за любовь, мы за Челентано...» Скандал вышел грандиозный, напуганный Адриано едва откупился кругленькой суммой в двести миллионов лир...

Четырнадцать миллионов итальянцев написали в своих бюллетенях: «Мы против убийств, мы за любовь, мы за Челентано...»

Громкое судебное разбирательство и опасность оказаться в тюрьме, конечно, охладили пыл неугомонного Адриано, но ненадолго. Жить спокойно - наслаждаться спагетти и футбольными матчами - было явно не в его вкусе... И Клаудия отлично знала об этом. Вот и сегодняшний спектакль с приглашенными домой журналистами, охраной, овчарками и охотничьими сапогами нужен ему в первую очередь для того, чтобы подбодрить самого себя и доказать всему миру, что он жив и в свои шестьдесят четыре года полон сил, энергии и способен на розыгрыши и сюрпризы.

...Клаудия умолкла. Джорджо смотрит на нее с состраданием: бедная, и как она живет с таким типом вот уже столько лет? Клаудия поднимает на него печальные глаза: «Большое спасибо, что согласились выслушать меня... Если хотите, можете сделать несколько снимкой в моей комнате...» Джорджо хватает фотоаппарат и быстро принимается за дело: это же не просто материал, это бомба, настоящая сенсация! Вся редакция будет на лопатках! Пока он ищет выигрышный план, Клаудия незаметно выхватывает кассету из его диктофона. Джорджо, ничего не подозревая, щелкает своим фотоаппаратом, забирает диктофон, поспешно прощается и скрывается за дверью. Через несколько минут в комнату врывается Челентано: «Ну что, рассказала все, как мы договорились?» «Да, - хитро улыбнулась Клаудия, - и даже более чем...» «Отлично! - довольный Челентано потирает ладони. - Все идет по плану... Скорее переодевайся и выходи к гостям, сейчас подадут твой любимый десерт...»

Он исчез так же внезапно, как и появился. Клаудия задумчиво посмотрела на себя в зеркало. Потом взяла аудиокассету и спрятала ее в потайном ящике своего стола: кто знает, может быть, она еще пригодится...